Смертельный двигатель


Пять лет без Марины Голуб: предчувствия и мистика в смерти актрисы

Пять лет назад, в ночь с 9 на 10 октября, ушла из жизни Марина Голуб: актриса погибла в страшной автокатастрофе по дороге домой. Смерти артистки будто предшествовали знамения: предупреждения гадалки, потеря близкого человека, другая авария, спектакль "Смертельный двигатель"... О странных событиях накануне трагедии вспоминает Teleprogramma.pro

«Жизнь коротка. Я никогда себе не позволяю останавливаться. Наверное, это свойство моего организма. Мне скучно ничего не делать. Жизнь так быстро летит, и, если ты чувствуешь в себе силы, их надо применять. Ужасно, когда Господь тебе дает такие таланты, а ты их не приумножаешь. Потом, в конце жизни, за бесцельно прожитые годы будет обидно. Я не позволяю себе бесцельно прожитых лет», — говорила Марина в одном из последних интервью. Никто и не мог подумать, что жизнь для нее окажется настолько коротка…

«Бойся красной машины», — некогда предупреждала Марину Григорьевну гадалка. Но Голуб в паранормальное не верила и только посмеялась в ответ на предсказание. Даже специально купила себе красный автомобиль — подшучивала над мистическим пророчеством. Да и за рулем, как вспоминают близкие, не осторожничала. В мае 2012-го года Голуб попала в аварию на Тверском бульваре. Актриса ехала на своем внедорожнике «Toyota RAV4» и, засмотревшись по сторонам, врезалась в идущий впереди «Citroën». Обошлось без травм и даже без разбирательств: владелец помятого автомобиля узнал известную актрису, а та, многократно извинившись, пригласила мужчину с семьей на свои спектакли — перед обаянием женщины невозможно было устоять.

Из-за этого ДТП артистка оказалась «без колес». Потому, возвращаясь домой поздним октябрьским вечером, женщина попросила знакомого подбросить ее. Как выяснилось позже, водитель Дмитрий Туркин был лишен прав и пользовался поддельными документами. Но виноватым в том страшном ДТП оказался не он.

На пересечении улицы Лобачевского и проспекта Вернадского в машину с актрисой врезался «Cadillac» — красного цвета, как и говорила гадалка.

 

Виновник аварии Алексей Русаков выехал на перекресток на красный сигнал светофора и со скоростью около 100 км/ч протаранил автомобиль с Голуб и Туркиным — оба пассажира погибли на месте.

Марина Голуб с дочерью. Фото: Globallook

Смертельный двигатель

В разные периоды Марина Григорьевна служила в Театре миниатюр Аркадия Райкина, театре «Шалом» и МХТ им. Чехова — в последние годы жизни. На 23 октября 2012 года в театре под руководством Олега Табакова была запланирована премьера спектакля «Он в Аргентине» с участием Голуб. За постановку уже принимались годом ранее: главную роль должна была исполнить Ия Саввина. Но в начале репетиций Ия Сергеевна почувствовала себя плохо, а через несколько месяцев скончалась — в августе 2011-го. Режиссер после гибели Саввиной к пьесе возвращаться не хотел, и все же спустя время решено было достать сценарий из закромов. Предпремьерный показ постановки прошел в сентябре, вот только широкая публика ее так и не увидела: главной героини (в исполнении Марины) вновь не стало.

В ту страшную ночь Голуб возвращалась не из родного театра: женщина как зритель провела вечер в Театре наций, где давали необычный пластический спектакль. Постановка с шестью танцорами объехала полмира, получила семь наград и тогда, в 2012-м, открывала в столице театральный фестиваль. Премьера оказалась для актрисы роковой: «Mortal Engine»/«Смертельный двигатель» — именно так назывался последний для Марины Григорьевны спектакль.

Фото: Globallook

«И я тут буду»

Авария — происшествие, от которого не застрахован любой человек. Но близким гибель актрисы не показалась случайностью. После трех разводов Голуб встретила новую любовь — президента мебельного холдинга Михаила Кравченко. Предприниматель погиб раньше актрисы, его расстреляли 20 мая 2012-го года (как выяснилось позже, заказчиком убийства стал его партнер по бизнесу). Голуб вела собственное расследование, чтобы найти виновных. Женщине поступали звонки и сообщения с угрозами: «Слишком глубоко копаешь», но Марина не сдавалась и смогла выяснить детали убийства избранника. 10 октября актриса должна была приехать к матери погибшего, чтобы поделиться информацией лично, — не хотела говорить по телефону. Но не успела, погибла в автокатастрофе. Именно поэтому в окружении артистки считают, что ее смерть могла быть подстроенной. Однако спецслужбы эту версию опровергли.

Прощание с Голуб прошло в МХТ им. Чехова, где последнее время она служила. Близкие и коллеги вспоминали Марину не только как талантливую артистку, но и как красивую энергичную женщину, доброго друга и просто жизнерадостного человека. А вот подруга актрисы Елена Борзова поделилась иным воспоминанием, вновь отдающим мистикой: «Незадолго до смерти Марины мы хоронили маму нашего однокашника, историка моды Саши Васильева, — актрису Татьяну Васильеву. Прощались на Троекуровском кладбище.

Обычно первую горсть земли кидают в могилу родственники. Но Марина вдруг рванула вперед, схватила землю и кинула ее раньше всех со словами: «И я тут буду».

Так и вышло: Марина Григорьевна похоронена на Троекуровском кладбище, недалеко от Татьяны Васильевой.

teleprogramma.pro

«СМЕРТЕЛЬНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ» ДЛЯ МАРИНЫ ГОЛУБ

Она была счастливой. Но невезучей. Марина долго шла к народному признанию. Личная жизнь — три замужества. И даже одежда из коллекций любимых кутюрье на нее не налезала. Но никогда не унывала — из всего находила верный выход, делала правильные выводы. Ее н
память

Поединок нарушителей

Авария произошла на пересечении проспекта Вернадского и улицы Лобачевского. Как считают спасатели, ее жизнь оборвалась мгновенно... Около полуночи актриса поехала домой, наняв такси — Hyundai Sonata, за рулем которого был частник Дмитрий Туркин. Следствие опознало в погибшем шофере нарушителя правил дорожного движения, лишенного водительских прав до ноября следующего года за вождение в пьяном виде. Но виноват, как считает следствие, не он, а водитель Cadillac. Алексей Русаков: 31 год, студент Российской Академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ. За рулем — двенадцать лет, пятьдесят протоколов о серьезных нарушениях ПДД, в основном, за превышение скорости, признан виновным в шести авариях. Русаков скрылся с места ЧП. Сейчас он уже задержан и пытается хоть как-то объяснить следователям свое поведение.

У нее все было

— Я не жалуюсь на судьбу. У меня была страсть, была любовь, были замужества, есть дочь, любимая профессия. Все есть, — так говорила Марина Голуб. Мы познакомились года четыре назад — спонтанно, поверхностно, что называется, по службе. Актриса тогда смутила нескрываемым желанием отделаться от журналистки, хотя в беседе была искренней. Потом я поняла, что женщина просто-напросто опасалась вопросов о семейной жизни, давшей в то время трещину. Голуб около двенадцати лет прожила с третьим супругом Анатолием Белым, он значительно младше Марины. Так получилось, что его влюбленность исчерпала себя, появились отношения с молодой женщиной, а затем и дети от нее. Не так давно Марина и Анатолий официально развелись, хотя их брак был венчаным. После третьего развода Марина сказала, что гордится всеми своими браками: — У меня с мужьями были всегда очень честные отношения. От первого мужа у меня дочь Настя, а второй муж ее воспитывал. Толя... очень болезненная ситуация, драма. Это были серьезные чувства. Девушку, к которой ушел Толя, я не знаю. Она представляется как жена Анатолия Белого, хотя они не расписаны. Я желаю им счастья. У них родились дети, они не виноваты ни в чем, это я осознаю. Просто мне обидно... О женской стойкости Марина рассуждала так: —  Внутренняя сила передается, я считаю, генетически. Для русской женщины это нормально, мы имеем огромный потенциал. А актриса — еще и двойная сила, потому что есть энергия, которую дают тебе зрители.

ТВ с человеческим лицом

Премьера развлекательной программы «Девчата» на телеканале «Россия 1» прошла в апреле 2010 года. В качестве соведущих в ней принимали участие певица Лена Перова, телеведущие Тутта Ларсен, Ольга Шелест, Ксения Собчак, Дана Борисова. Два сезона шоу вела и Марина Голуб. Еще показаны не все отснятые выпуски с ее участием. Выйдут ли они в эфир, пока неизвестно. Об этом проекте Голуб откровенничала после ссоры с Собчак: — Вопросы и темы недели берутся из СМИ. Потом у нас два дня идут репетиции, каждая ведущая сочиняет то, что она будет говорить в эфире. Но во время съемок идут импровизации. А я и вовсе просто импровизирую, не могу иначе, ведь вчера — это уже не сегодня. И поэтому всегда очень нервничаю... Каждая из нас приходит со своим настроением, имиджем. Но ничего, мы притираемся друг к другу. Да, мы и ссорились, и ругались, и кричали друг на друга! Это нормально. —  В «Утренней почте» вы были одна... —  К тем моим текстам следует относиться с долей шутки. Как и я относилась к письмам зрителей. Чего только они ни писали! Передавали приветы артистам эстрады, присылали для них открытки и даже носки. А однажды одного похудевшего певца поклонница хотела подкормить. —  Вас устраивает то, что происходит в российском шоу-бизнесе? — Уровень очень слаб. Женщины на сцене — красавицы! Они и одеты прекрасно, и телодвижения у них привлекательные. Но этого мало. Из «новой гвардии» отмечу группу «Сливки»: по крайней мере, голосистые. — Каким должно быть телевидение? — В целом, телевидение должно быть с человеческим лицом и обращенное к людям.

Главное, «Девчата», сердцем не стареть!

Марина Голуб — выпускница мхатовской школы, много лет проработала в отделе сатиры и юмора Москонцерта, затем вернулась на театральные подмостки. А славу ей принес рекламный ролик, где они с Людмилой Артемьевой, отведав «Рондо», отвечали на завышенные требования начальника: «Ну, надо, так надо!» После этого дела пошли в гору. Марина Голуб пребывала во многих ипостасях — актриса, неунывающая «женщина из рекламы», заслуженный «почтальон» России из «Утренней почты», энергичная участница шоу «Девчата», ответственный член жюри кинофестиваля, любительница танцевать, знаток моды. А еще в ее семье есть «графская». — Моя прапрабабка жила в имении Толстого, а мой прадедушка был очень похож на Толстого. Я спрашивала у мамы, откуда у нас в доме шикарные блюда и сервизы, а она шутила: «От графьев!» — Я заметила, что давние приятельницы называют вас Машей, Маней. — С давних пор меня так называют, я даже в какое-то время отвыкла откликаться на Марину. Но теперь меня чаще представляют Мариной, и мне это стало нравиться. — Публичная жизнь вас не утомляет? — О плюсах и минусах публичной жизни даже не задумываюсь — это часть профессии, и она должна быть. Хорошо, если артиста знают. Бестактные вопросы и догадки я пропускаю мимо ушей. —  У вас есть рецепт, как погасить внезапное раздражение? — Лучшее средство — съесть что-нибудь сладкое... — Марина, у своих поклонников вы чему-то научились? — Да! Бывая в народе, ежесекундно наблюдаю за людьми — присматриваю жесты, мимику, черты будущих героинь. —  Какие черты должны быть у современного кино? —  Оно должно вскрывать боль и радость своего времени, чтобы не только развлекаловка была на экране.

На Красной дорожке и танцполе

Однажды на творческой вечеринке я видела танцующую Голуб. У моря, во всем белом, она напоминала резвящегося Умку. И было обаятельно и заразительно. Видимо, так же посчитали и устроители танцевального конкурса сальсы. На кону были часы с бриллиантами. В борьбу вступили актрисы, среди которых были совсем молоденькие и более стройные. Но часы вручили Голуб! Марина не всегда была требовательна к марке одежды. Например, на одном из «Кинотавров» она вышла на Красную дорожку в сарафане, который сразу заинтересовал репортеров как нечто «из ряда вон». Актриса попросила: не обращайте на него особого внимания. Мой сарафан расхожей марки, хотя это известная фирма. Я его купила в Австрии, в обычном магазине. Любимыми модельерами Голуб называла Игоря Чапурина и Алену Ахмадуллину. И признавалась, что на нее ничего из их коллекций не налезает. Тогда Алена подарила ей мужскую майку, и Марина ее носила. Мама актрисы отлично шила. Она переделывала наряды дочери так, что сокурсники и преподаватели были уверены — Марина одевается в «Березке». Так назывались спецмагазины в советское время, где за чеки приобретали импортную одежду. Марина талант матери в полной мере не унаследовала, но что-то самостоятельно сшить и связать могла. А ее дочь Анастасия не унаследовала звездную профессию матери — пошла не в актрисы, а в театральные продюсеры...

Мила СЛАВСКАЯ, фото автора

moscvichka.ru

«СМЕРТЕЛЬНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ» ДЛЯ МАРИНЫ ГОЛУБ

Она была счастливой. Но невезучей. Марина долго шла к народному признанию. Личная жизнь — три замужества. И даже одежда из коллекций любимых кутюрье на нее не налезала. Но никогда не унывала — из всего находила верный выход, делала правильные выводы. Ее н
память

Поединок нарушителей

Авария произошла на пересечении проспекта Вернадского и улицы Лобачевского. Как считают спасатели, ее жизнь оборвалась мгновенно... Около полуночи актриса поехала домой, наняв такси — Hyundai Sonata, за рулем которого был частник Дмитрий Туркин. Следствие опознало в погибшем шофере нарушителя правил дорожного движения, лишенного водительских прав до ноября следующего года за вождение в пьяном виде. Но виноват, как считает следствие, не он, а водитель Cadillac. Алексей Русаков: 31 год, студент Российской Академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ. За рулем — двенадцать лет, пятьдесят протоколов о серьезных нарушениях ПДД, в основном, за превышение скорости, признан виновным в шести авариях. Русаков скрылся с места ЧП. Сейчас он уже задержан и пытается хоть как-то объяснить следователям свое поведение.

У нее все было

— Я не жалуюсь на судьбу. У меня была страсть, была любовь, были замужества, есть дочь, любимая профессия. Все есть, — так говорила Марина Голуб. Мы познакомились года четыре назад — спонтанно, поверхностно, что называется, по службе. Актриса тогда смутила нескрываемым желанием отделаться от журналистки, хотя в беседе была искренней. Потом я поняла, что женщина просто-напросто опасалась вопросов о семейной жизни, давшей в то время трещину. Голуб около двенадцати лет прожила с третьим супругом Анатолием Белым, он значительно младше Марины. Так получилось, что его влюбленность исчерпала себя, появились отношения с молодой женщиной, а затем и дети от нее. Не так давно Марина и Анатолий официально развелись, хотя их брак был венчаным. После третьего развода Марина сказала, что гордится всеми своими браками: — У меня с мужьями были всегда очень честные отношения. От первого мужа у меня дочь Настя, а второй муж ее воспитывал. Толя... очень болезненная ситуация, драма. Это были серьезные чувства. Девушку, к которой ушел Толя, я не знаю. Она представляется как жена Анатолия Белого, хотя они не расписаны. Я желаю им счастья. У них родились дети, они не виноваты ни в чем, это я осознаю. Просто мне обидно... О женской стойкости Марина рассуждала так: —  Внутренняя сила передается, я считаю, генетически. Для русской женщины это нормально, мы имеем огромный потенциал. А актриса — еще и двойная сила, потому что есть энергия, которую дают тебе зрители.

ТВ с человеческим лицом

Премьера развлекательной программы «Девчата» на телеканале «Россия 1» прошла в апреле 2010 года. В качестве соведущих в ней принимали участие певица Лена Перова, телеведущие Тутта Ларсен, Ольга Шелест, Ксения Собчак, Дана Борисова. Два сезона шоу вела и Марина Голуб. Еще показаны не все отснятые выпуски с ее участием. Выйдут ли они в эфир, пока неизвестно. Об этом проекте Голуб откровенничала после ссоры с Собчак: — Вопросы и темы недели берутся из СМИ. Потом у нас два дня идут репетиции, каждая ведущая сочиняет то, что она будет говорить в эфире. Но во время съемок идут импровизации. А я и вовсе просто импровизирую, не могу иначе, ведь вчера — это уже не сегодня. И поэтому всегда очень нервничаю... Каждая из нас приходит со своим настроением, имиджем. Но ничего, мы притираемся друг к другу. Да, мы и ссорились, и ругались, и кричали друг на друга! Это нормально. —  В «Утренней почте» вы были одна... —  К тем моим текстам следует относиться с долей шутки. Как и я относилась к письмам зрителей. Чего только они ни писали! Передавали приветы артистам эстрады, присылали для них открытки и даже носки. А однажды одного похудевшего певца поклонница хотела подкормить. —  Вас устраивает то, что происходит в российском шоу-бизнесе? — Уровень очень слаб. Женщины на сцене — красавицы! Они и одеты прекрасно, и телодвижения у них привлекательные. Но этого мало. Из «новой гвардии» отмечу группу «Сливки»: по крайней мере, голосистые. — Каким должно быть телевидение? — В целом, телевидение должно быть с человеческим лицом и обращенное к людям.

Главное, «Девчата», сердцем не стареть!

Марина Голуб — выпускница мхатовской школы, много лет проработала в отделе сатиры и юмора Москонцерта, затем вернулась на театральные подмостки. А славу ей принес рекламный ролик, где они с Людмилой Артемьевой, отведав «Рондо», отвечали на завышенные требования начальника: «Ну, надо, так надо!» После этого дела пошли в гору. Марина Голуб пребывала во многих ипостасях — актриса, неунывающая «женщина из рекламы», заслуженный «почтальон» России из «Утренней почты», энергичная участница шоу «Девчата», ответственный член жюри кинофестиваля, любительница танцевать, знаток моды. А еще в ее семье есть «графская». — Моя прапрабабка жила в имении Толстого, а мой прадедушка был очень похож на Толстого. Я спрашивала у мамы, откуда у нас в доме шикарные блюда и сервизы, а она шутила: «От графьев!» — Я заметила, что давние приятельницы называют вас Машей, Маней. — С давних пор меня так называют, я даже в какое-то время отвыкла откликаться на Марину. Но теперь меня чаще представляют Мариной, и мне это стало нравиться. — Публичная жизнь вас не утомляет? — О плюсах и минусах публичной жизни даже не задумываюсь — это часть профессии, и она должна быть. Хорошо, если артиста знают. Бестактные вопросы и догадки я пропускаю мимо ушей. —  У вас есть рецепт, как погасить внезапное раздражение? — Лучшее средство — съесть что-нибудь сладкое... — Марина, у своих поклонников вы чему-то научились? — Да! Бывая в народе, ежесекундно наблюдаю за людьми — присматриваю жесты, мимику, черты будущих героинь. —  Какие черты должны быть у современного кино? —  Оно должно вскрывать боль и радость своего времени, чтобы не только развлекаловка была на экране.

На Красной дорожке и танцполе

Однажды на творческой вечеринке я видела танцующую Голуб. У моря, во всем белом, она напоминала резвящегося Умку. И было обаятельно и заразительно. Видимо, так же посчитали и устроители танцевального конкурса сальсы. На кону были часы с бриллиантами. В борьбу вступили актрисы, среди которых были совсем молоденькие и более стройные. Но часы вручили Голуб! Марина не всегда была требовательна к марке одежды. Например, на одном из «Кинотавров» она вышла на Красную дорожку в сарафане, который сразу заинтересовал репортеров как нечто «из ряда вон». Актриса попросила: не обращайте на него особого внимания. Мой сарафан расхожей марки, хотя это известная фирма. Я его купила в Австрии, в обычном магазине. Любимыми модельерами Голуб называла Игоря Чапурина и Алену Ахмадуллину. И признавалась, что на нее ничего из их коллекций не налезает. Тогда Алена подарила ей мужскую майку, и Марина ее носила. Мама актрисы отлично шила. Она переделывала наряды дочери так, что сокурсники и преподаватели были уверены — Марина одевается в «Березке». Так назывались спецмагазины в советское время, где за чеки приобретали импортную одежду. Марина талант матери в полной мере не унаследовала, но что-то самостоятельно сшить и связать могла. А ее дочь Анастасия не унаследовала звездную профессию матери — пошла не в актрисы, а в театральные продюсеры...

Мила СЛАВСКАЯ, фото автора

moscvichka.ru

"Смертельный двигатель", "Grimmless", "Па де де с экскаватором", "Войцек" ("Территория")

Столько всего навалилось сразу — только успевай. Так и не успел зайти на вернисаж в бывший сквот, хотя, казалось бы, далеко ли, на Страстном бульваре, но выставку вроде пока не закрывают, а спектакли привезли и увезли. Но есть такие, которые действительно расширают «территорию» возможного в искусстве, а некоторые можно было бы и не привозить.

Австралийский «Смертельный двигатель» (компания “Chunky Move”) еще ничего — он хотя бы короткий и визуально занятный, хотя это скорее синтез современного изобразительного искусства с цирковым шоу, менее всего имеющий отношение к театру, что бы под таковым не понимали сегодня. В 45-минутном представлении есть эпизоды, представляющие собой шоу в чистом виде, даже без участия артистов — только лазеры в дыму, но это совсем неинтересно. Поживее выглядят моменты, где шесть исполнителей, разбитые на три пары, двигаются в пространстве видеоинсталляции, где их руки переплетаются пальцами, а нарисованные компьютером тени сливаются в пятна, и все это сопровождается электронным саундтректом — тоже ничего особенного, хореография Гидеона Обарзанека небогатая, мысли про эволюцию и эсхатологическое отчаяния, о чем толковали анонсы, даже гнать от себя не пришлось, они сами в голову не приходили, но на три четверти часа зрелище тянет.

Вот на итальянский “Grimmless” потратить вечер было жалко до слез — но кто ж знал. Тоже вроде все эффектно на первый взгляд выглядит — запакованные в мешки люстры на тросах в процессе представления поднимаются, артисты компании “ricci/forte” что-то такое изображают, то тела свои на яблоках перекатывают, то еще что-нибудь, и, может, если б они при этом не говорили ничего, оно и сошло бы. Но слушать, а точнее, читать посредством титров их графоманский сюр (якобы пересказанные современным языком сказки братьев Гримм, отсюда и название «БезГриммье», но я не уловил никакой связи ни со сказками, ни с чем либо еще) невыносимо. Дешевый и никчемный интерактив тоже ничего не дает — в самом начале мне на колени шлепнулась одна артистка, они что-то типа свадьбы в первые минуты имитировали, я даже не понял конкретно. Ближе к середине парня выдернули из зала, нахлобучили ему картонную корону и усадили на маленький стульчик сбоку — так он до конца и просидел, больше про него уж не вспоминали, оттуда и хлопал залетным мастерам искусств. Самый эффектный момент припасен под финал — на исходе полутора часов все участники действа, а их пятеро, двое парней и три женщины, раздеваются догола, вымазываются золотистой краской и бегают — но недолго, хотя долго, наверное, на них и в таком виде скучно смотреть, но на одетых и вовсе неинтересно.

Пропустил, и зря, наверное, «Сны минотавра», оперу Раевой по текстам Сорокина, и чуть было не проворонил «Па-де-де с экскаватором», причем сознательно — почему-то мне казалось, что это вряд ли интересно. Но все-таки доплелся до Пушкинской набережной Парка Горького, успел занять место у выгородки — и, положа руку на сердце, давно не видел ничего прекраснее. «Па-де-де» (театр “Beau Geste”, Франция) — не просто занятное трюкачество или уличное шоу, это самый полноценный, насколько возможно, пластический спектакль, с внятной драматургией, виртуозно выстроенный и сыгранный двумя равноправными в дуэте партнерами, один из которых немолодой уже дяденька-артист, а другой — управляемая из кабины с тонированными стеклами (благодаря чему всякое участие второго человека из поля зрения выпадает) машина. 20-минутное представление состоит из трех основных частей с музыкальным сопровождением и нескольких коротких эпизодов-перебивок в тишине. Взаимоотношения в паре человека и экскаватора очень сложные и постоянно развиваются, герой то убегает от крутящегося ковша, то укрощает его, то вступает с ним в борьбу, то сливается в идиллической гармонии и чуть ли не в экстазе. Когда экскаватор зубчиками ковша «гладит» партнера по голове — в этом столько настоящей, ненадуманной, ненаигранной эмоции, подлинной нежности, какой уже, наверное, в «нормальном» драматическом театре между двумя актерами не увидишь никогда. Иной раз и страшно делается, когда ковш опускается неожиданно рядом с головой исполнителя, но вся суть именно в том, что спектакль не сводится к техногенной страшилке или к цирковой эквилибристике. Тут и хореография вполне полноценная (причем у исполнителя — своя партия, а у экскаватора — своя, и помимо ковша задействованы другие его части, только я совсем плохо понимаю про экскаваторы и не знаю, как их назвать, описать), и саундтрек подобран, и история рассказана, и все это исполнено на высочайшем уровне — а еще с погодой повезло (последний светлый день осени), и с обстановкой (с Пушкинской набережной — вид на реку и Фрунзенскую набережную), все это вместе просто потрясающее впечатление на меня произвело.

Два спектакля на дню смотреть стоя — это, конечно, испытание, тем более что «Войцек» хоть и недлинный, но не двадцать минут идет, как «Па де де с экскаватором», а все полтора часа без перерыва. Усесться, да еще так, чтоб видеть, оказалось чрезвычайно трудно, а встать я успел еще более-менее нормально. Допустим, оно и стоило того, чтоб помучиться, при том что постановка Серебренникова как будто старается в этом разубедить. У Чернякова в оперном «Воццеке» герой приработка ради принимал участие в сексуальных ролевых играх, у Серебренникова бюхнеровский Войцек служит в галерее современного искусства (в ее двухъярусном пространстве и разворачивается все действие, на сцене — выставочное помещение, слева этажом выше — офисный закуток), и не куратором, понятно, каким-нибудь, а так, на подхвате, и становится участником уже арт-экспериментов. Эксперименты эти у режиссера доверия будто бы не вызывают, напротив, представлены мало того, что шарлатанством, так еще и жестоким шарлатанством. Тем не менее и сам серебренниковский «Войцек» легко числить по разряду того же рода «современного искусства». Он хорошо смотрится, в нем много всего разного — но ничего по-настоящему свежего, ничего такого, чего нельзя было видеть прежде в опусах самого Серебренникова и многих других, а главное, ничего живого, никаких подлинных эмоций. Причем такая стерильность евростандарта — не следствие режиссерских просчетов, а заданные условия «формата». Даже ребенок Войцека и Марии тут — «говорящий» пупс в коляске. Фигуры в масках, пение в микрофон и прочая перформансная атрибутика, с которой Серебренников управляется легко и умело, делает его «Войцека» зрелищем занятным, в своем роде увлекательным. Но вот парадокс — во взаимоотношениях артиста с машиной, продемонстрированных в «Па де де с экскаватором», помимо внятной концептуальности, присутствовала еще и ненаигранная нежность, а в «Войцеке» лично я ее не ощутил. Допустим, того и не предполагалось, не тот случай, эстетика не та — но ведь как и до этого Бархатов в «Разбойниках», где персонажи Шиллера оказались сегодняшними молодыми арт-террористами, Серебренников в «Войцеке» ставит контемпорари арту в вину его дегуманизацию — и собственно искусства, и образа человека в этом искусстве, и непосредственного самого человека, с таким искусством соприкасающегося. Оно, искусство это, по Серебренникову вызывает из темных глубин подсознания чудовищ и материализует, ну по крайней мере визуализирует их, тогда как человеческий разум подавляет, разрушает. А между тем принимать это все за глубокую авторефлексию режиссера проблемно при всем желании. Чего тут формально больше — мистерии и сатиры, а внешние признаки того и другого имеются в избытке — не так важно, потому что все это лишь форма, да и она не особенно свежая, хотя по-прежнему работает и привлекает внимание. Но коль скоро современное искусство столь античеловечно, что даже накрытый пленкой труп убитой Марии галеристы в финале используют как основу для музейной инсталляции, и тело самого Войцека, побрызгав для приличия на него белой краской из баллончика, превращают в экспонат, в скульптуру, то, выходит, режиссер должен бы с большей самоиронией, скепсисом, недовольством относиться к своему произведению. А я все-таки не сомневаюсь, что если б на гастролях Латвийского национального не висели гроздьями студенты и просто страждущие (надо отдать должное «Территории» — после давки и хамских окриков охраны пустили всех желающих и чуть ли не просто левый народ с улицы; если б запускали сразу и без проблем — результат тот же самый, но внешнего эффекта ажиотажа вполовину меньше), но сидели бы в партере только полтора десятка критиков, сумасшедший профессор с Хейфец да мы с безумной феей, а остальные потянулись бы за «истинным гуманизмом» в МХАТ им. Горького или, чего доброго, в православный театр «Глас» — вряд ли бы Кирилла Семеновича подобный расклад обрадовал бы.

teatr-live.ru


Смотрите также